рефераты, курсовые

Опубликовать

Продать работу


Русская Православная церковь

Категория: Исторические личности
Тип: Реферат
Размер: 35.9кб.
скачать

Реферат по истории России на тему:


РУССКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ

ЦЕРКОВЬ 


В ПЕРВОЙ ПОЛОВИНЕ XIX в.


Выполнил ученик 11“В” класса

МОУ СОШ “УК №20”

ТОРОСЯН ЛЕВОН


План.

1)Введение.

2) Положение православной церкви в России.

3) Филарет, митрополит московский.

4) Преследования старообрядцев.

5) Заключение.


Литература.

  1. Ключевский В.О., ''2 Курс Русской истории", часть 1, "Москва", 1937г.


  1. Я.Н.Щапов, "Церковь в древней Руси" (до конца XIX в.), "Политиздат", 1989 г.


  1. Религии мира. Издательство “Просвещение” 1994г.


  1. "Русская Православная Церковь 988-1988" Издание Московской Патриархии 1988 г.


ВВЕДЕНИЕ

История русской православной церкви насчитывает уже более тысячи лет. Земля Русская переживала тяжелые годины но духовные пастыри поддерживали народ русским словом и делом. Знала Россия и татар и шведов и немцев… Да кого только она не знала…Но всегда рядом с крестьянином, боярином, князем или императором был духовный наставник, который направлял его на путь истинный, освещал мятущийся ум Словом Божьим, недаром на протяжении многих веков слова ‘русский” и “православный” были синонимами…

На протяжении многих веков в России было два главных богача – государство и церковь, причем церковь умела в большинстве случаев более разумно распорядиться своим богатством, чем государство. В бой русские полки ходили под православными знаменами с изображением Святого Спаса. С молитвой пробуждались ото сна, работали, садились за стол и даже умирали с именем Бога на устах. Нет и не может быть истории России без истории Русской Православной церкви.

Положение православной церкви в России.

На протяжении XIX в. положение Русской православной церкви определялось законами, принятыми еще при ПетреI. Важнейшие статьи петровского “Духовного регламента” были включены в “Свод законов”. В нем содержалось религиозное обоснование царской власти и тем самым закреплялся давний союз церкви и государства. Закон объявлял православие “первенствующей и господствующей” в России верой. Император обязан был придерживаться только православного исповедания. Он объявлялся “верховным защитником и хранителем догматов господствующей церкви и блюстителем правоверия и всякого в церкви благочиния”. Это давало правительству право распоряжаться церковными делами, вплоть до догматических вопросов, и преследовать религиозное инакомыслие.

Закон разрешал исповедовать в России все религии, если они лояльно относились к существующему порядку. Христианские исповедания имели преимущества перед нехристианскими, православие — перед всеми остальными. Закон разрешал переход из нехристианских исповеданий в христианские и из “инославных” (христианских не православных) — в православие. Переходы в противоположном направлении воспрещались.

Закон возлагал на церковь ведение актов гражданского состояния и требовал от всех православных непременно, хотя бы раз в год, исповедоваться и причащаться. О случаях упорного уклонения от этого духовенство должно было сообщать светским властям.

В середине XIX в. численность православного духовенства доходила до 60 тысяч человек. Оно разделялось на черное (7 тысяч человек) и белое (53 тысячи). Черное духовенство составляли монахи и монахини. Из числа монахов назначалась высшая иерархия церкви — архиереи (епископы, архиепископы и митрополиты) . Белое духовенство состояло из приходских священников и низшего клира (диаконов и псаломщиков).

Высшим органом церковного управления являлся Синод. Его члены назначались царем из видных иерархов. Все важнейшие постановления Синода подлежали “высочайшему” утверждению. Большую роль в церковном управлении играл синодальный обер-прокурор — светский чиновник, представитель царя в Синоде.

Со времен Петра I наблюдалось все более тесное сращивание церкви и государства. В конце концов православная церковь превратилась в часть государственной машины. Но полного слияния не произошло. Церковь оставалась обособленной частью государственной машины. Союз церкви и государства имел внутренние противоречия. Церковь тяготилась гнетом светского чиновничества. Трения между Синодом и обер-прокурором никогда не прекращались.

Основным звеном местного церковного управления были епархии, по своей территории обычно совпадавшие с губерниями. Во главе епархии стоял архиерей. Среди православных архиереев встречалось немало искренних радетелей веры, стремившихся сблизиться с рядовыми верующими, знать их нужды. Так, камчатский епископ Иннокентий объездил всю свою огромную епархию и лично познакомился со всем вверенным его попечению духовенством и почти со всей паствой. Но многие церковные иерархии были далеки от основной массы верующих и от рядовых священников.

Секуляризация монастырского землевладения в XVIII в. лишила монастыри больших земельных угодий. При Павле I и Николае I каждому монастырю от казны был выделен небольшой земельный надел. Сверх этого они могли приобретать недвижимое имущество (даже в виде дара) всякий раз с особого “высочайшего” разрешения. Тем не менее монастырское землевладение постепенно вновь стало расти. Увеличивались и денежные капиталы монастырей — в основном за счет многочисленных пожертвований.

Среди русских монастырей выделялось несколько особо чтимых — Троице-Сергиева и Александро-Невская лавры, Оптина пустынь (в Калужской епархии) и другие. Большую известность в народе получил монах Саровской пустыни Серафим (1760—1833). Со всех концов России шли к нему

Троицкий собор люди, чтобы высказать свое горе, услышать мудрый совет, получить благословение.


С той поры Саровская пустынь (в Тамбовской епархии) стала одним из всероссийских религиозных центров. В некоторых монастырях находили приют больные и убогие.

Только небольшая часть белого духовенства получала государственное жалованье. Большинство же “питалось от алтаря”, т. е. за счет платы за крещение, венчание и другие обряды. Сельское духовенство пользовалось церковными землями. Образ жизни деревенского священника мало отличался от крестьянского. Многие священники сами пахали землю, терпели унижения и обиды от помещиков. Митрополит Платон (Левшин), занимавший московскую кафедру на рубеже XVIII —XIX вв., с сожалением говорил, что он застал свое духовенство в лаптях, да так и не успел обуть его в сапоги и ввести в гостиные. Священник оставался за порогом дворянских гостиных, где звучала непонятная ему французская речь.

При Александре I духовные учебные заведения были объединены в одну систему. В то время в России действовали три духовные академии: Киевская, Петербург- ская и Московская, преобразованная из Славяно-греко-латинской академии. В 1842 г. была открыта духовная академия в Казани. В каждой епархии были созданы Успенский собор

семинарии (средние духовные учебные заведения). Но лишь к середине века власти добились того, что на должности приходских священников стали назначаться лица с образованием не ниже семинарского.

До середины века православное духовенство составляло замкнутое сословие. Постороннему человеку трудно было стать священником. Существовал стойкий обычай, согласно которому приход передавался по наследству от отца к сыну или зятю. В западноевропейских странах в это время духовное сословие стало превращаться в открытый для посторонних корпус профессиональных проповедников. Их деятельность становилась менее обрядовой и более учительной, проповеднической. Русский же священник произносил не более одной-двух проповедей в год —и то по тетрадке. Неутоленная потребность в религиозном наставлении и побуждала русских людей совершать далекие путешествия к Серафиму Саровскому и другим знаменитым старцам.

Филарет, митрополит московский.

В 1803 г. на должность обер-прокурора Синода был назначен князь А. Н. Голицын, личный друг Александра I. Подыскивая по заданию царя хороших проповедников, он обратил внимание на ученого монаха Филарета, профессора Петербургской духовной академии.

Филарет (в миру Василий Михайлович Дроздов, 1782 – 1867) родился в Коломне, в семье диакона, окончил семинарию и в 1808 г. постригся в монахи. Даровитый и образованный, он произносил яркие проповеди, писал стихи духовного содержания. Надолго запомнилось его слово на смерть Кутузова, произнесенное в 1813 г. Его пригласили выступить с проповедью в дворцовой церкви. Там он в осторожной форме осудил роскошь. Придворным это не понравилось, и проповедь успеха не имела.

Тем не менее Голицын продолжал покровительствовать Филарету, который был удостоен архиепископского сана, занял тверскую кафедру и стал членом Синода. В 1821 г. его перевели на московскую кафедру. В это время он работал над переводом на русский язык книг Священного писания.

В конце царствования Александра I Голицын не поладил с Аракчеевым и был отставлен. Впал в немилость и Филарет. Его вывели из Синода, и он удалился в Москву.

В 1826 г., при коронации Николая I, Филарет произнес прочувствованное слово, и ему была возвращена “монаршая милость”. Он был возведен в сан митрополита и вновь стал членом Синода. Ему, однако, не понравилось, что обер-прокурор Н. А. Протасов, гусарский полковник, решал все дела сам, а с Синодом мало считался. Не мог примириться Филарет и с тем, что Третье отделение следило за иерархами. Консервативное большинство Синода отвергло предложение о переводе Библии на русский язык. Филарет, оказавшийся в меньшинстве и в изоляции, попросился назад в свою епархию. Разрешение отбыть в Москву означало новую опалу.

С тех пор Филарет, оставаясь убежденным монархистом, невзлюбил сановный Петербург, вездесущее чиновничество, самоуверенных бюрократов, которых он, случалось, осаживал с холодной учтивостью. В Москве передавался из уст в уста рассказ о том, как попросил он спеть “на восьмой глас” полицейского генерала, вздумавшего “исправить” службу в одной из московских церквей. Даже А. И. Герцен, по взглядам очень далекий от Филарета человек, вспоминал о нем с симпатией. По его словам, митрополит умел “хитро и ловко” унизить светских властителей. “Филарет,— писал Герцен,— с высоты своего первосвятительного амвона говорил о том, что человек никогда не может быть законно орудием другого, что между людьми может только быть обмен услуг, и это говорил он в государстве, где полнаселения — рабы”.

Однако долгое николаевское царствование наложило отпечаток и на Филарета. Его либерализм все более оставался в прошлом. Главная проблема, справедливо считал он, заключается во внутреннем возрождении человека, а не во внешних реформах. Но такой подход привел его к отрицанию перемен. Он предостерегал против женского образования, против отмены телесных наказаний. В своей епархии Филарет практиковал деспотические методы управления.

Долгая жизнь и высокий сан Филарета, при глубоком уме и твердой воле, не могли не оказать сильного влияния на русское общество. Проповеди Филарета, прозванного "московским Златоустом", отличались рассудочностью: его величавая речь обращалась к разуму слушателей, а не к их чувству; отвлеченное изложение было мало доступно пониманию среднего слушателя. Филарет избегал иностранных слов (телескоп, например, называл "дально – зрительным стеклом"), употреблял славянские слова, прибегал к диалектическим сближениям. По содержанию своему, проповеди Филарет не касались вопросов современности; отрешенные от явлений действительной жизни, они призывают к пассивным добродетелям молчания, смирения, терпения и преданности воле Божией. Личный характер Филарет был властный и упорный; он не чужд был суровости, выражавшейся, например, в противодействии стремлениям Гааза. Пользуясь громадным влиянием, он иногда выступал против прогрессивных стремлений общества и правительства (защита телесных наказаний ссылками на Священное Писание).


Преследования старообрядцев.

Старообрядчество было крупнейшим в истории России религиозно-общественным движением. В нем отразился стихийный, неосознанный, обличенный в религиозную оболочку протест, порожденный социальными противоречиями самодержавно-крепостнического строя и идеологическим засильем господствующей православной церкви. В течение трехсотлетней эволюции общественно-политическое содержание этого протеста менялось в зависимости от изменения социального состава движения, конкретной исторической ситуации и расстановки классовых сил.

Старообрядчество не было единой организацией. Оно разделилось на два направления — приемлющих священство и не приемлющих. Первых звали “поповцами”, вторых — “беспоповцами”. Вторые разбились на множество толков и согласий. Первые держались сплоченнее, но у них не было своих епископов и некому было рукополагать (возводить в сан) священников. Старообрядцы переманивали священников из официальной церкви, переучивали их и рассылали по своим приходам.

При Николае I положение старообрядцев значительно ухудшилось. Былая голицынская веротерпимость была надолго и накрепко забыта. При активном содействии официальной церкви правительство предприняло широкие действия против старообрядцев. Был издан указ, запрещавший им принимать беглых священников. Начался разгром старообрядческих монастырей на реке Большой Иргиз в Саратовской губернии, где происходило “исправление” беглых священников. В 1841 г. был закрыт последний из иргизских монастырей. Ряды старообрядческого духовенства начали редеть. Но в “поповщине” вскоре возникла своя собственная церковная иерархия. В 1846 г. в старообрядчество перешел босно - сараевский митрополит Амвросий, ставший митрополитом белокриницким (Белая Криница—село в Буковине, в пределах тогдашней Австрии). “Австрийское согласие”, имевшее своих собственных митрополитов, епископов и священников, стало как бы второй православной церковью в России. Число ее сторонников умножалось несмотря на то, что главные организаторы новой церкви были вскоре запрятаны в монастырские тюрьмы. В Москве и Московской губернии число последователей белокриницкой иерархии составляло 120 тысяч человек.

К кануну великих перемен в жизни страны в православной церкви не было единства и росло недовольство. Иерархия была недовольна засильем светского чиновничества. Рядовое духовенство — привилегированным положением монашества и деспотизмом архиерейской власти. В своем большинстве приходское духовенство было задавлено нуждой и имело невысокий уровень подготовки. Основную свою задачу оно видело в исполнении обрядов и слабо вело проповедь, недостаточно разъясняло народу нравственные устои религии. Именно поэтому, несмотря на гонения, а то и благодаря им, укреплялось старообрядчество, чья проповедь часто была живей и доходчивей.


Заключение.

На мой взгляд, в внутренней государственной политике правительства во все времена присутствовала одна огромная ошибка, которая заключается в том, что оно (правительство) мало внимания уделяет проблемам церкви. Ведь гораздо легче учиться на ошибках своих отцов, чем допускать их. По отношению к церкви присутствовало всегда две грубые ошибки. Первая заключается в том, что церкви уделяли мало внимания или пытались забыть про неё. А вторая ошибка наоборот заключается в том, что церковь пытались поставить на колени перед светской властью.

Церковь и история государства очень сильно переплелись. Это можно подтвердить на ряде фактов. Так, например, можно говорить о том, что государь управляет действиями и решениями своих поданных, а церковь их мыслями и стремлениями. Во времена татаро-монгольского нашествия, когда вся власть на Руси была подчинена монгольскому хану и не могла сопротивляться, а русский народ был похож на рабов, именно церковь воскресила в христианах веру в победу и возглавила «священную войну». Получилось так, что когда у государства не было ни каких шансов, то к нему на помощь пришла церковь с более сильным оружием, чем мечи и стрелы. Видя эту силу, многие пытались поставить церковь в зависимость от власти. Но больше всего это удалось Петру Великому, который пошел дальше, заставив платить её взносы в казну.

Еще к особенностям Русской православной церкви можно отнести то, что она на протяжении веков смогла сохранить почти в неизменном состоянии все традиции Византийской церкви. Российская церковь стала островком чистого православия, так как греческая церковь под двухсотлетним игом Османской империи претерпела некоторые изменения.

Если посмотреть на всю эпоху существования церкви на Руси, можно увидеть, что примерно с 10 по 13 век дела церкви были не заметны в государстве—период становления, с 14 по 17 век — церковь, как никогда принимала участие в государственных вопросах, возможно, этот период был самым значительным для неё. С 18 по 19 век церковь находится «в спячке» в её жизни не происходит ничего значительного, и она отходит на задний план перед проблемами государства. Двадцатый век стал самым ужасным испытанием для Русского православия… Придя к власти, большевики не видели в церкви свое врага, но с продвижением своих социалистических идей они пришли к выводу, что для русского человека нет иных верований кроме, как «в светлое будущее», а церковь просто отомрет, как не нужный орган. Её (церковь) превратили в ещё одно средство для выкачивания денег для нужд Красной армии, возможно, именно поэтому церковнослужители поддерживали белых офицеров. К сороковым годам в СССР не осталось ни одной церкви, которая была бы разграблена. Но самое ужасное заключалось в том, что храмы и соборы, замечательные исторические памятники, разрушались до основания. И в этот двадцатый век Русская Православная церковь не только не исчезла за плакатами ''коммунистической стройки'', но и смогла вынести свои изначальные и нетронутые основы.

В наше время церковь начинает свою «вторую» жизнь, восстанавливаются разрушенные храмы—обители духовной жизни на земле. Не найдя в этой жизни своего места, к церковной жизни все больше обращается людей, в том числе и молодежь. Церковь восстанавливает свои позиции в сердцах людей, потерянных во время её гонения.

Лично для меня в истории церкви поразило то, что она смогла сохранить свою изначальность и пойти по отношению к своим противникам на крайние меры, по примеру католической инквизиции. Иногда поражает самопожертвования церковных пророков для распространения идей готовых для доказательства своих верований идти в горящие избы (св. Стефан Пермский) и т.д. Важнейшей частью православной культуры являлось то, что она способствовала единению русского народа. Лучшие люди русской церкви стояли на страже христианской морали. Они публично выступали против произвола «сильных мира сего», смело осуждали их злодеяния.

История Русской православной церкви — это ещё одно проявление стойкости духа, веры и патриотизма русского народа.




Похожие работы:
Русская православная церковь на современном этапе
Русская православная церковь история и современность
Русская православная церковь история и современность
Русская православная церковь XIX начало XX в
Русская православная церковь и религиозная философия
Русская Православная Церковь и возрождение культуры
Русская православная церковь XIX-начало XX в
Русская православная церковь в XIX начале XX вв
Православие и русская православная церковь в истории отечественной культуры

Рейтинг@Mail.ru
© Права на базу данных защищены
При копировании материала укажите ссылку
написать нам